Не мытьем, так катаньем: мода на антипаламизм

04.04.2016

Не мытьем, так катаньем: мода на антипаламизм

Аркадий МАЛЕР

Недавно, во вторую неделю Великого Поста, Церковь праздновала память святителя Григория Паламы (1296-1359), благодаря которому исихастское учение о нетварных энергиях получило своё богословское оправдание.

В последние годы я обратил внимание на то, что если раньше в среде как бы православных интеллигентов его имя произносилось с благоговейным придыханием, вместе с именами тех богословов, которые, во многом, открыли это имя советскому человеку — отцом Георгием Флоровским и Владимиром Лосским, — то с конца нулевых хорошим тоном стало высказывать некоторое сомнение в истинности паламизма.

То, что это учение было догматически утверждено на Константинопольском Соборе 1341-51 гг. и то, что не случайно следом за Торжеством Православия в первую неделю Великого Поста, уже во вторую неделю отмечается память свт.Григория, для наших как бы «православных» интеллигентов никакого значения не имеет. На самом деле причина просыпающегося антипаламизма в «православной» среде нашего времени заключается примерно в том же, в чем и причина давно проснувшегося антиправославия в среде либеральной.

В 60-80х годах православие воспринималось многими как фактор антисоветского сопротивления (каковым оно, безусловно, было) и поэтому в либерально-интеллигентской среде к нему относились, в целом, уважительно, хотя и с некоторой долей снисхождения. Когда же советская власть рухнула, а Россия никуда не исчезла, то православие отныне стало значительным фактором сохранения русской национальной идентичности, причем, идентичности великодержавной и мессианской.

Но поскольку в борьбе с идеологией коммунизма боролась только часть антисоветчиков, а другая часть боролась именно с идеей Великой России, воспринимая советизм как «превращенную форму» российской великодержавности, то теперь православие из прежнего двусмысленного союзника стало для них непримиримым врагом. Аналогичные процессы происходят в среде т.н. «православных либералов», которым со временем стало очевидно, что паламизм это не какая-то романтическая сказка из книжек о. Иоанна Мейендорфа, а один из главных рубежей, разделяющий православие и католицизм (не говоря уже о протестантизме) и с таким «мракобесным балластом» идти в «цивилизованное сообщество» никак нельзя.

То же самое касается практически всего, что хоть как-то разделяет православие и Запад, не говоря уже о том, что позволяет самой России и Русской Церкви обнаруживать своё эксклюзивное положение в православном мире — включая также самих Флоровского и Лосского, сколь бы аполитичными они ни были.

Именно отсюда возникает желание пересмотреть паламитскую догматику «не мытьем, так катаньем», и хотя никакой реальной ревизии исихазма на официальном церковном уровне нет и быть не может, вполне возможно создать миф о его сомнительности, который будут с радостью раздувать новые поколения семинаристов, гоняющихся за богословской модой. А пока в этом сезоне модно носить жевто-блакитное и сомневаться в паламизме.

27 4
Православная социальная сеть «Елицы»