Письмо ему: любовь и одиночество

17.09.2015

Письмо ему: любовь и одиночество

Марина ПЕТРОВА

Здравствуй, дорогой мой друг!

Во время нашей последней встречи ты спрашивал, люблю ли я тебя. Ответ этот, безусловно, да. Но больше всего я люблю образ Божий в тебе. Это любовь, которая не требует обладания другим человеком. Целомудренная. Митрополит Антоний Сурожский говорит об этом так: «Целомудрие заключается в том, чтобы, посмотрев на другого человека, увидеть в нем ту красоту, которую Бог в него вложил, увидеть образ Божий, увидеть такую красоту, которую нельзя замарать, увидеть человека в этой красоте и служить тому, чтобы эта красота все росла и ничем не была запятнана; целомудрие заключается в том, чтобы с мудростью хранить цельность своей души и души другого человека».

Кого мы любим? Тех людей, с кем у нас есть точки соприкосновения. Какая общая у нас с тобой тема? На мой взгляд, это проблема недолюбленных детей.

Я говорила уже тебе, что мне всю жизнь не хватало любви. Моя мама умерла, когда мне было три года. С тех времен у меня появился один «бзик» — страх. Я не могла спать, если меня не обнимали. Только моя тетя убирала с меня руку — возникало сильное беспокойство.

Как-то раз я проснулась одна в пустом доме. Тогда страшно испугалась. Я выбежала на улицу в поисках людей. Побежала во двор. Мне казалось, что осталась одна на целом свете. Я рыдала, звала людей, но никого не было. Это ощущение жуткого и звенящего одиночества надолго врезалось в память.

Став старше, старалась никогда не оставаться одна, чтобы не чувствовать этого щемящего чувства потерянности. Еще один «заскок», который преследовал меня в детстве – просила родных целовать меня в щеку. Мои родственники были очень скупы на проявление чувств. Меня никто и никогда практически не хвалил, не ласкал, не целовал. Потом я перестала просить людей о ласке и о любви. Замкнулась в себе. Привыкла контролировать свои эмоции, не проявлять никаких чувств, скрывать свои истинные мысли. Поэтому сегодня мне сложно открыться людям.

Пишу это письмо и плачу, мне кажется, что в твоем случае я вижу свое зеркальное отражение. Общение с тобой разбередило все старые раны. Оказывается, они еще болят. Твое одиночество, пусть и в полной семье, оказалось удивительно созвучным моей душе чувством. Ощущение ненужности, нелюбви, брошенности всегда преследовало меня. А твое появление в моей жизни наполнило мою жизнь светом. Мне было очень приятно общаться с тобой, ждать твоего возвращения. Когда ты уехал, мне казалось, что этот город опустел без тебя. Я очень ценю твое простое искреннее внимание и хорошее отношение, пусть и не без ершистости.

Вновь задуматься о нехватке любви и одиночестве меня заставил и еще один случай. Недавно я видела своего родственника. Это было в другом городе, где была на свадьбе. Приехал брат с малышом. Мальчик лет трех прибежал и бросился мне на шею. Я знала, что это Антоха – сын брата и его умершей от тяжелой болезни жены.

— Как вы живете? – спросила я.

Бросилась в глаза неухоженность, какая-то заброшенность и брата, и его сынишки.

— Нормально. С тещей живу, она сидит с Антохой, когда я работаю, — отвечает мне родственник. — Когда Ирина заболела, я продал все имущество, я влез в долги, чтобы облегчить ее последние дни. До сих пор плачу эти кредиты. В день требовалось до шести тысяч рублей, чтобы адские боли хоть на чуть-чуть отпустили ее. Потому что очень ее любил.

Я пытаюсь проглотить тот ком, который возникает невольно в горле. С трудом сдерживаю подступающие слезы. Хорошо помню ее – красивую и светлую женщину. Меня охватывает чувство жесточайшего сожаления. Предчувствую будущее этого малыша. Такой же бесконечный поиск материнской любви, просто любви. Это была тяжелая встреча.

Закончить письмо очень хочется цитатой апостола Павла, которую часто называют гимном любви: «Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине; все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит. Любовь никогда не перестает, хотя и пророчества прекратятся, и языки умолкнут, и знание упразднится… А теперь пребывают сии три: вера, надежда, любовь; но любовь из них больше» (1 Кор., 13, 4-8, 13).

19 3
Православная социальная сеть «Елицы»