«Расторжение брака»: ад и рай Клайва Льюиса

28.10.2015

Расторжение брака: ад и рай Клайва Льюиса

Евгения НОВОСЕЛЬЦЕВА

Епископ Каллист Уэр справедливо называл К.С. Льюиса «анонимным православным». В одном из своих докладов владыка рассказывает, что знакомство писателя с Православием было отрывочным: он заходил лишь несколько раз в православный храм и вряд ли тщательно изучал святых отцов (в его богословских трудах на них немного ссылок, и больше на западных авторов).

При этом писатель во всех своих сочинениях показал себя истинным ортодоксальным мыслителем, чем и объясняется популярность англиканского автора в православной среде. Попытаемся сделать на первый взгляд невозможное: найти сходства философии Льюиса в его книге «Расторжение брака» со святоотеческим наследием.

Писатель и названием, и всем своим произведением полемизирует с английским поэтом Уильямом Блейком, который считал, что добро и зло только две стороны единого целого и что они необходимы друг другу.

Сюжет «Расторжения брака» – в экскурсии обитателей ада в рай. Первая сцена романа – неприветливый городской пейзаж: сумерки, дождь, какие-то грязные и серые здания. Это и есть ад. В этом городе мы видим людей, которых переполняют негативные эмоции и страсти: неприветливость, раздражительность, злоба, гордыня, тщеславие. Звуковая ткань напоминает какафонию: плач, визг, хохот – люди ругаются друг с другом.

Когда они попадают в рай, их ослепляет «яркий, жесткий свет», и им нехорошо: «Не хочу, не хочу! – закричал кто-то. – Нервы не выдержат!» Один недовольный старик говорит о том, что человеку жить в таких условиях невозможно, все, что их окружает – «одна реклама»: «яблоки не укусишь, воды не выпьешь, по траве не пройдешь». Им неплохо там, откуда они приехали.

Читая произведение, понимаешь, что ад и рай люди выбирают сами. Казалось бы, что еще нужно этим несчастным людям? Им было дано высшее счастье, пусть ненадолго, лишь в форме экскурсии – увидеть рай, прикоснуться вечного блаженства… Но эти люди торопятся обратно, и ужасают своим поведением рассказчика, который, глядя на них, испытывает тревожные чувства. Они даже в рай переносят свой ад… В тексте возникает интересная трактовка ада как упоения страстями.

Перед нами возникает целая галерея человеческих лиц и судеб. Книга построена как собрание встреч, диалогов. Персонажи общаются со своими антиподами, которые пытаются их вразумить, предотвратить их окончательное укрепление во зле, убедить остаться в раю. Но люди, попавшие на экскурсию в рай, горды, не хотят меняться, упорны в своих ошибках. Каждый из них своей личностью иллюстрирует один из смертных грехов.

Мы видим отступника от веры, вора, женщину, возлюбившую своего сына до безумия; ученого, увлекшегося доказательствами загробной жизни и многих других. Казалось бы – чем страшен богослов, увлекшийся доказательствами загробной жизни? Но он «спутал средство с целью. Бывает ведь такое и в жизни: богослов без Бога, безбожный богослов…

Это путешествие показывает, как нелегко преодолеть адское состояние духа, показывает, что союз добра и зла невозможен: «Зло можно исправить, но нельзя перевести в добро… Если мы выберем рай, нам не сохранить ни капли, ни частицы ада». Рай воцаряется не где-либо в земном или космическом пространстве, а в сердце человека, в его душе.

Для того чтобы отказаться от ада, нужно определенное аскетическое усилие, и не всем хватает на него смелости. В книге дан интересный образ греха в виде ящерицы, которая давит на грудь человеку. Все вокруг пытаются убедить героя, что необходимо скинуть или убить эту ящерицу, но он боится (удивительно точный образ! Как часто в нашей обыденной жизни нам не хватает решимости на что-то благое или на оставление злых привычек!).

И в момент сомнений человека рядом с ним оказался Ангел, который помог человеку превратить это ужасное создание в прекрасное (если раскрыть этот символ, то здесь речь идет о том, чтобы преобразить грех противоположной добродетелью).

Преподобный Исаак Сирин пишет: «Рай есть любовь Божия, в которой наслаждение всеми блаженствами». Но рассуждая об аде, Исаак Сирин говорит практически то же самое: ад – это тоже действие Божественной любви: «Говорю же, что мучимые в геенне поражаются бичом любви. И как горько и жестоко это мучение любви! Ибо ощутившие, что погрешили они против любви, терпят мучение, вящее всякого приводящего в страх мучения; печаль, поражающая сердце за грех против любви, язвительнее всякого наказания».

По мысли преподобного, ад и рай являются различными способами восприятия одной и той же реальности – любви Божией: «Любовь своею силою действует двояко: она мучит грешников, как и здесь случается другу терпеть от друга, и веселит собою соблюдших долг свой».

Следовательно, и в аду люди будут не лишены Божественной любви. Бог любит всех людей – и праведников, и грешников, но не все в той же мере и одинаковым образом будут ощущать эту любовь. Для кого-то эта любовь будет блаженством, для кого-то – невыносимой мукой. В любом случае неправильно утверждать, что ад – это отсутствие Бога. «И будет Бог все во всем» (1 Кор. 15:28), – писал апостол Павел.

Поэтому ад – это не отсутствие Бога, как порой считают, а видение Его как огня, а не света. В Библии Господь называется «ревнителем» и «огнем поядающим». Причастие Тела и Крови Христовых в Последовании к Таинству называется огнем и углем, святыней, попаляющей недостойных.

Удивительно тонко чувствовал и понимал эти вещи Льюис! Люди порой недоумевают: как в христианстве Бог-Любовь может отправить грешников в ад, чтобы они страдали. Англиканский писатель в форме притчи очень хорошо ответил на этот вопрос: не Бог хочет, чтобы они мучились, сами люди порой своим образом жизни не могут принять Его милость и любовь.

62 1
Православная социальная сеть «Елицы»